Создание фильма «АНДРЕЙ РУБЛЕВ» – архивные документы (часть 10)

Создание фильма «АНДРЕЙ РУБЛЕВ» – архивные документы (часть 10)
Фотогалерея
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
⇐ Вернуться к списку

(часть 12345, 6, 7 ,8, 9)

После многочисленных исправлений и сокращений работа над фильмом «Андрей Рублев» была завершена. И в январе 1969 года директор фильма Т. Огородникова просит директора киностудии «Мосфильм» В. Сурина разрешить внести все изменения в итоговый вариант картины.

Перечень поправок, внесенных в кинокартину «Андрей Рублев»

Перечень поправок, внесенных в кинокартину «Андрей Рублев»

Письмо директора картины «Андрей Рублев» Т. Огородниковой генеральному директору киностудии «Мосфильм» В. Н. Сурину

Письмо директора картины «Андрей Рублев» Т. Огородниковой генеральному директору киностудии «Мосфильм» В. Н. Сурину

Письмо Т. Огородниковой об окончании работ над фильмом «Андрей Рублев»

Письмо Т. Огородниковой об окончании работ над фильмом «Андрей Рублев»

Уже 16 февраля 1969 года Т. Огородникова отчитывается перед В.Суриным, что все работы по картине полностью закончены.

Разрешительное удостоверение на демонстрирование фильма «Андрей Рублев»

Разрешительное удостоверение для показа фильма «Андрей Рублев» (1969 год)

После этого в Центральном доме кино 17 февраля 1969 года состоялся второй «премьерный показ» фильма «Андрей Рублев». А 6 марта 1969 года Госкино выдало разрешительное удостоверение для показа картины на экранах страны.

Можно было бы сказать, что, наконец, закончился долгий путь картины к зрителю, если бы не очередные превратности судьбы. Прежде чем картину увидели на экранах СССР, она получила награду во Франции во внеконкурсном показе на Каннском кинофестивале. Казалось бы, это должно было способствовать ее успеху на родине, однако, наоборот, демонстрация фильма была приостановлена. Для полноты рассказа о прокатной судьбе фильма «Андрей Рублев» нам пришлось обратиться к многочисленным документальным источникам вне архива Киноконцерна «Мосфильм».

Сегодня теме отправки картины на Каннский фестиваль посвящены многие исследования, эта почти детективная история полностью разобрана и исследована. Но в 1969 году об этом знали немногие.

Наиболее полно эта история описана в воспоминаниях представителя «Совэкспортфильма» Отари Тенейшвили  (воспоминания опубликованы в книге Я. Ярополова «Андрей Тарковский. Сталкер мирового кино», Москва, Алгоритм, 2016)

Зимой 1966 года в Москве, в просмотровом зале «Совэкспортфильма», «Андрей Рублев» был показан президенту западноберлинской кинопрокатной фирмы «Пегасус фильм» Сержио Гамбарову, совладельцу французской кинопрокатной фирмы «ДИС» Алексу Московичу и представителю «Совэкспортфильма» Отари Тенейшвили.

Картина произвела ошеломляющий эффект и французская сторона обратилась к председателю «Совэкспортфильма» Александру Давыдову с просьбой представить этот фильм на Каннском кинофестивале, а также разрешить ее прокат на Западе. Давыдов отказался от переговоров на эту тему. Вернувшись во Францию Алекс Москович встретился с директором Каннского фестиваля Фавром Лебре, министром культуры Франции Андре Мальро, руководителем Киноцентра Франции Андре Олло и многими другими кинематографистами. Вскоре о фильме стали писать в прессе. В поддержку Андрея Тарковского начали выступать кинематографисты многих стран: Робер Оссеин, Тонино Гуэрра, Симона Синьоре, Ив Монтан, Марина Влади, Мишель Морган, Жерар Ури, Жанна Моро, Анук Эме, Роже Вадим и многие другие. Однако на конкурс Каннского фестиваля 1967 года Москва выдвинула фильм Сергея Юткевича «Ленин в Польше».

Как пишет Отари Тенейшвили:

«…Неожиданно в конце марта 1969 года чудо произошло: я получил указание руководства «Совэкспортфильма» на продажу картины во Францию... Мы немедленно стали готовить рекламу фильма и просчитывать лучшие варианты его премьеры и проката. А Фавр Лебре потирал руки в надежде, что «Андрей Рублев» украсит конкурсный показ Каннского фестиваля 1969 года.

В начале апреля 1969 года в Париж приехали председатель Комитета кинематографии СССР А. В. Романов, Председатель В/О «Совэкспортфильм» А. Н. Давыдов и начальник управления внешних сношений Кинокомитета А. А. Славнов. И тут, увы, истинный смысл разрешения продажи в прокат на Францию фильма «Андрей Рублев» – раскрылся.

Во время одной из встреч выяснилось, что советские гости по поводу представления фильма «Андрей Рублев» на конкурс Каннского фестиваля заявили, что фильм уже продан французской фирме «ДИС» и что советская сторона поэтому потеряла право представления фильма на Каннский фестиваль. На такое заявление Андре Мальро, человек высокой европейской культуры, автор романа «Судьбы человеческие» и Мировой энциклопедии искусств, с улыбкой, достойной Талейрана, промолвил: «Ну что, господа… Попросим французскую фирму «ДИС» представить фильм «Андрей Рублев» на внеконкурсный показ Каннского фестиваля!»

...

Тем временем открытие Каннского фестиваля – 5 мая каждого года – приближалось. И мы, вместе с фирмой «ДИС», бросили все силы на подготовку красочного плаката – «Горящая икона» – фильма «Андрей Рублев», информационного листка о фильме и его создателях для прессы и иллюстрированного буклета.

Перед первым сеансом дирекция фестиваля объявила по городскому радио и телевидению, что фильм «Андрей Рублев» будет дважды показан и на второй день. Это объявление сняло накал страстей. И все же в зале негде было упасть и гвоздю. Сидели в проходах, на лестницах, на сцене. Я наблюдал за залом в течение демонстрации фильма. Такого напряжения зрителя, и зрителя весьма специфического, избалованного всеми чудесами кинематографии, я ни до, ни после никогда не видел. Когда закончились кадры с иконостасом и гарцующими жеребцами на зеленом лугу, начался шквал оваций, слышались восклицания: «фантастике», «жениаль», «формидабль», «белиссимо», «грандиозо»…

Успех был сногсшибательный. Но так как на Каннском фестивале «Андрей Рублев» участвовал во внеконкурсном показе, он получил только премию Международной федерации кинопрессы (ФИПРЕССИ).
Но у себя на родине Андрей Тарковский продолжал встречать противодействие показу картины. Его снова и снова заставляли вносить в готовый фильм исправления, пока, в конце концов, осенью 1971 года после еще одного незначительного сокращения Госкино выдало, наконец, очередное разрешительное удостоверение (где сценаристом был указан только один А. Кончаловский), и картину показали в СССР.

Разрешительное удостоверение на демонстрирование фильма «Андрей Рублев» (1971 год)

Разрешительное удостоверение для показа фильма «Андрей Рублев» (1971 год)

Одна позитивная копия картины до последних сокращений («Страсти по Андрею») чудом сохранилась в Госфильмофонде. Однако многие киноведы считают, что сокращение пошло «Рублеву» только на пользу: в ходе переделки был доведен до полного выражения художественный строй картины, и она сегодня существует именно в этом варианте.

Пока фильм не вышел на экраны, большинство авторов статей в газетах и журналах выражали надежду, что зрители смогут увидеть фильм о художнике, олицетворявшем «национальную гордость русского народа». Однако реакция на картину была отнюдь не однозначной. Картину не понимали, ее ругали, ею восхищались.

«Вечерний Минск», 6 января 1972 г:

«На этой неделе репертуар минских кино­театров пополнился не совсем новыми, но зато очень интересными фильмами. Первый фильм Андрея Тарковского «Иваново детство» принес автору в 1962 году главную премию на Венецианском фестивале и всемир­ную известность. «Андрей Рублев» это вто­рая работа талантливого режиссера.

Должен заранее предупредить, что смот­реть фильм Тарковского нелегкое удоволь­ствие. Две полновесные серии вмещают пролог, эпилог и восемь новелл, рассказываю­щих о Древней Руси времен Рублева. При­чем в каждой новелле в их сцеплении таится бессчетное количество ассоциаций, символов и метафор, что отнюдь не проясняет замысла режис­сера. Короче говоря, этот фильм из катего­рии тех, на которых не все зрители вы­держивают до конца. Но уходили очень немногие, а остальные, надеюсь, поняли, что встретились с редкост­ным, хотя и сложным произведением искусст­ва. Буквально каждый кадр фильма снят оператором (В. Юсов) с блеском, достойным худо­жественной фотографии; в каждой из новелл фильма режиссер мастерски распоряжается движением времени, актеров и сюжета; а все вместе взятое создает лаконичный и потому документально убедительный образ мрачного и жестокого XV века».

Комсомольская правда. г.Вильнюс, 22 янв. 1972 г.

Архивные газетные публикации о фильме «Андрей Рублев»

«Комсомольская правда» г. Вильнюс, 22 янв. 1972 г.:

О фильме А. Тарковского «АНДРЕЙ РУБЛЕВ» мно­гие любители кино, не­сомненно, уже слышали. И вот он выходит на экраны. Этот фильм следует считать интересным кинематографическим событием. Он подтверждает мнение о режиссерском талан­те А. Тарковского. Первый его фильм «Иваново детство» демонстрировался десять лет назад, но зрители эту ленту хорошо помнят. Новый двухсе­рийный, несколько имитирую­щий историческую хронику, фильм «Андрей Рублев» (здесь некоторые эпизоды имеют не только названия, но и конкрет­ные даты) рисует картины да­лекой эпохи. Россия начала XV века. Жестокий гнет за­воевателей-татар, иго соб­ственных феодалов, междоусо­бицы на фоне этой истори­ческой обстановки предстает светлая фигура живописца, гу­маниста Андрея Рублева. Тот, кто полагает, что фильм А. Тарковского обычное исто­рическое произведение или ки­нолента о жизни художника, ошибается. Ни то, ни другое не исчерпывает содержания фильма.

Путь поисков и внутренних противоречий прошел не только главный герой фильма. По этому пути идет и народ. В финальных кадрах фиьма подчеркивается вера в его созидательную силу.

Во взаимоотношениях со вре­менем, людьми показана инте­ресная драматически сложная личность художника. Ее созревание, внутреннее обогащение режиссер раскрывает посте­пенно, раздумывая и полеми­зируя, конкретизируя и обоб­щая посредством образа, диа­лога, монтажа. В фильме немного динамичных эпизодов. Но там, где имеются своеоб­разные эпицентры взрывов, ре­жиссер начинает говорить в полный голос. В этих эпизодах (живописцам выкалывают гла­за, нападение врагов на го­род) он безжалостный об­личитель, который может вы­звать такой своей концепцией даже полемику. Однако его ни в коем случае не обвинишь в односторонности и эпоха, и человек в фильме А. Тарков­ского показаны достаточно сло­жно, ново. Возможно, после «Ивана Грозного» С. Эйзенштейна мы не видели исторического фильма такой художественной силы».

Архивные газетные публикации о фильме «Андрей Рублев»

Архивные газетные публикации о фильме «Андрей Рублев»

Архивные газетные публикации о фильме «Андрей Рублев»

Архивные газетные публикации о фильме «Андрей Рублев»

На протяжении 70-80-х годов отношение к «Рублеву» на страницах советской прессы тем не менее стало крайне односторонним. Его сущность выразил художник Илья Глазунов («Советский экран», 1984, No 22, с. 18).

«В „Андрее Рублеве“ искажена историческая правда. То была эпоха русского Возрождения, когда Русь после долгих лет ордынского рабства вышла на поле Куликово, чтобы решить судьбу России и Европы. Выразителем этого поколения был Андрей Рублев, чье имя в летописи стоит рядом с именем Сергия Радонежского, для которого в фильме не нашлось места.
Андрей Рублев представлен в фильме как современный мечущийся неврастеник, не видящий пути, путающийся в исканиях, тогда как он создал самые гармоничные, пронизанные духовным светом произведения, которые в тяжелые годы нашей истории давали понятие о нравственных идеалах нации.
Нет величия и мудрости и в образе Феофана Грека. Создается впечатление, что авторы фильма ненавидят не только русскую историю, но и саму русскую землю, где идут дожди, где всегда грязь и слякоть. Все отвратительно на этой земле: одетые в полотняные балахоны люди, злодеи князья, живодеры монахи, забивающие палкой собаку.
Антиисторичен факт выкалывания глаз строителям храма. Прекрасны только завоеватели-ордынцы, потрясающие великолепием осанки и костюма. Один их вид повергает в паническое бегство всю эту серую массу трусливого “быдла”.
Словом, этот фильм глубоко антиисторичен и антипатриотичен...» («Советский экран». 1984. № 22, стр.18).

Известный математик И. Шафаревич на страницах журнала «Искусство кино» ( 1988, N 6, с. 127). высказался еще жестче:

«… мне запомнился "Андрей Рублев". Поразила меня картина мрака, грязи, ущербности и жестокости, которую он рисует. В такой жизни явление Рублева было бы невозможно и бессмысленно. А ведь это была эпоха великих художников и святых: откуда же они явились?»

Не понравился фильм и Александру Солженицыну, который написал в октябре 1983 года критический этюд о фильме «Фильм о Рублеве» («Звезда», 1992, № 7)

«Да был ли Рублев для режиссера действительно центром внимания, целью раскрытия? – или только назвать собою эпоху и время, предлогом протянуть вереницу картин о мрачности вневременной России – такой, как она представляется современной образованщине? И автор создает непомерно длинный фильм, начиненный побочными, не к делу, эпизодами (половину киновремени они и забирают). Даниил Черный – никак не развит, почти не обозначен. Зато изобретен жгучий завистник Кирилл, и на большом протяжении ленты – мотив, настолько истасканный в мировом искусстве, зачем он здесь? и как грубо подан: за почет «как собака буду тебе служить» (это ли дух иконописных дружин?), и тогда, мол, и платы за работу не возьмет, – да какую такую плату авторы предполагают у средневекового монаха-иконописца? – они писали иконы в виде послушания, а заработанное на стороне все отдавали своей обители. Кирилл обзывает свой монастырь «вертепом разбойников», произносит филиппики против монастырской жизни, таская стрелы из стандартного антиклерикального колчана, – и никто из братии не находится ему возразить, за ним – последнее слово. (И когда через много лет он вернется в монастырь, то с покаянием поддельным, – лишь «дожить спокойно»).

Прошли годы. Фильм «А.Тарковского «Андрей Рублев» считается шедевром мирового киноискусства, его смотрят миллионы зрителей в разных странах, о картине написаны сотни научных работ.

Но, пожалуй, стоит привести аннотацию, составленную еще в 1966 году. Именно в этом небольшом документе очень сжато и четко прописаны все неоспоримые достоинства картины, которые были понятны, как только картина была закончена.  

Аннотация редактора фильма «Андрей Рублев» Л. Лазарева
Аннотация редактора фильма «Андрей Рублев» Л. Лазарева

«Двухсерийный фильм "АНДРЕЙ РУБЛЕВ", снятый по сценарию А. Кончаловского и А.Тарковского режиссером А.Тарковским, имя кото­рого стало широко известно после фильма "Иваново детство", и опе­ратором B.Юсовым, заметное явление в советском кино последнего времени.

Фильм воскрешает Русь ХV века, это было время, когда уж на исходе было трехвековое татарское иго, но страну еще раздирали княжеские междоусобицы, которые использовали татары, в эту траги­ческую для русского народа пору и творил гениальный русский худож­ник Андрей Рублев, которому посвящен фильм.

Фильм, поставленный А.Тарковским, не биографический фильм, каких немало было и у нас, и за рубежом. Но вовсе не потому, что очень скупы и отрывочны исторические сведения о гениальном худож­нике ХV века; наоборот, это развязывало авторам руки, ничто не ограничивало их фантазию. Все дело в том, что создатели фильма в его основу положили иной художественный принцип: они воссоздают духовный мир Рублева, опираясь на его творчество, стараясь выяснить, какими историческими обстоятельствами оно рождено. Фильм о судьбе Андрея Рублева в сущности превращается в фильм о судьбе Руси, об историческом пути русского народа.

И еще одно свойство этой ленты. Авторы решительно отвер­гают экзотику в изображении истории, им чужда какая-либо стилиза­ция прошлое предстает на экране таким, каким оно виделось совре­менникам. Большая часть картины снималась не в декорациях, а на фоне подлинных памятников русской культуры и архитектуры. Строгий, в самом принципе отвергающий театральность стиль фильма призван передать суровость и даже жестокость запечатленной в нем жизни. Вместе с тем не только в характерах и сюжетных положениях, но и в самой художественной плоти произведения пейзажах, архитектуре и т. п. выражается любовь к России, к народу.

Избегая какой-либо модернизации в изображении истории, ав­торы с остротой, свойственной нашим дням, ставят вопрос о нрав­ственной позиции художника, о его связи со своей эпохой, с жизнью народа, о выстраданной в трагических противоречиях действительно­сти и жестоких ее обстоятельствах жизнеутверждения, о значении искусства в духовном бытии народа. Все эти проблемы в картине художественно исследованы с той глубиной и масштабностью, которых требует обращение к духовной драме великого художника.

Блестящая режиссура, великолепные съемки, отличная игра актеров также немаловажные достоинства фильма, который по отзы­вам деятелей кино, открывает новый этап в осмыслении русской ис­тории. Эта оценка тем более высока, что на этом же поприще в со­ветском кино проявили себя такие выдающиеся мастера, как С. Эйзенштейн, В. Пудовкин, М. Ромм и другие».

9 июня 1966

Редактор фильма / Л. ЛАЗАРЕВ/.


Поделиться новостью: